Что выше конституция или международный договор ""

Что выше конституция или международный договор

Что выше конституция или международный договор — Юр ликбез

Суверенная Конституция превыше иностранных судов

На этой неделе Конституционный суд РФ вынес постановление, согласно которому Конвенция о защите прав человека и основных свобод, основанные на ней правовые позиции Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), содержащие оценки национального законодательства, не отменяют для российской правовой системы приоритет Конституции.

Европейский суд по правам человека — международный судебный орган, который рассматривает дела в отношении всех государств Совета Европы, ратифицировавших Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод. Предметом рассмотрения дел в ЕСПЧ являются все вопросы, относящиеся к правам человека (как их регулирует Конвенция). Суд может рассматривать как споры между государствами, так и жалобы отдельных лиц.

Россия признала юрисдикцию ЕСПЧ 5 мая 1998 года, ратифицировав Европейскую конвенцию.

В законе о ратификации Конвенции (ст. 1) Россия признала обязательную юрисдикцию Европейского Суда по правам человека по толкованию и применению конвенции и протоколов к ней в случае предполагаемых нарушений Россией положений перечисленных международных договоров. А в соответствии с п.

4 статьи 15 Конституции РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Таким образом, долгое время считалось, что Конвенция и решения ЕСПЧ являются составной частью правовой системы страны и обладают большей юридической силой, чем Конституция. Россия все эти годы была лишена значительной части суверенитета, не только признав нормы Конвенции, но и передав международному органу неограниченное право толкования и применения норм внутреннего законодательства.

И здесь возник правовой казус — с одной стороны, Конституция обладает высшим действием на территории РФ, а с другой стороны, должны применяться нормы международного договора.

Точку в этом вопросе и поставил Конституционный суд, отдав приоритет Конституции как высшему источнику права. Что вполне логично — именно Конституция, а не акты международных судов, является проявлением воли народа и гарантией его прав. Иное означало бы полную ликвидацию суверенитета и фактическое внешнее управление страной посредством иностранных судебных решений.

Большинство других европейских стран мира в данном вопросе исходит из приоритета национальных Конституций.

53 Конституции Франции гласит, что если Конституционный совет, запрошенный президентом Республики, премьер-министром или председателем одной из палат, заявит, что международное обязательство содержит положение, противоречащее Конституции, то разрешение на его ратификацию или одобрение может быть дано только после пересмотра Конституции. Говоря иными словами, Конституция устанавливает свою первичность в качестве источника права.

В США согласно Статье 6 Конституции, международный договор и внутренний федеральный закон обладают одинаковой юридической силой.

При этом, нормы международного права должны быть имплементированы, то есть внесены в национальное законодательство через законодательный процесс. Вопрос о противоречии между ними и национальным с правом даже не возникает.

А в случае конкуренции норм применяется тот акт, который был издан позже.

Таким образом, американские власти могут с легкостью прекратить юридическое действие международного права, просто издав не соответствующий ему внутренний закон.

Если говорить непосредственно о признании решений ЕСПЧ, то картина схожая.

В Германии Конвенция о правах человека стоит ниже Основного закона, т.е. на уровне федерального закона.

Например, по делу Лаутси правительство ФРГ заявило, что не будет исполнять решения ЕСПЧ в части их несоответствия нормам национального права ФРГ.

В Конституции Германии указано, что единым и высшим источником права в стране является Конституция Германии, а международные акты, ратифицированные Германией, имеют силу обыкновенного закона.

Таким образом, Германия предусмотрела правовую возможность не исполнять часть решений Европейского суда по правам человека.

Аналогичным образом дело обстоит в Австрии, Северной Ирландии, Италии, Великобритании. Что касается последней, то правящая партия вообще заявила о намерении выйти из юрисдикции ЕСПЧ, данный вопрос уже готовится для вынесения на референдум. Принципиально отказалась исполнять решение ЕСПЧ о многомиллионных выплатах в пользу киприотов Турция, и никаких мер воздействия на нее не предпринято.

Без крайностей

Как мы видим, в ограничении исполнения решений ЕСПЧ нет ничего беспрецедентного. Россия вправе разделять позитивную роль ЕСПЧ в защите прав граждан, и политически мотивированные акты, представляющие собой злоупотребление правом (как последнее решение по делу ЮКОСа).

Прошли те времена, когда под соусом борьбы за права человека Запад навешивал на Россию обязательства, ограничивающие ее суверенитет.

Решение Конституционного суда представляет собой пример консервативного и взвешенного подхода к полномочиям ЕСПЧ.

Конституция России поставлена выше международных законов

Генеральный секретарь Совета Европы Турнбьёрн Ягланд завил о том, что в Совете Европы «крайне обеспокоены решением Конституционного суда России не признавать постановлений Европейского суда по правам человека, если такие решения будут признаны противоречащими Конституции».

Данное решение было озвучено в Конституционном Суде России на минувшей неделе, и уже 14 декабря соответствующий федеральный конституционный закон был подписан Президентом России Владимиром Путиным.

  • Банки
  • Кредиты
  • Страхование
  • Финансы
  • Форекс и биржа

Соотношение, в котором находятся на территории России её Конституция и международные договоры, весьма важно.

Дело в том, что Конституция в нашей стране имеет прямое действие – то есть даже если в законах, указах Президента, постановлениях Правительства или других актах ничего о каком-то вопросе не сказано, и в судах, и в государственных органах можно прямо ссылаться на текст Конституции, и этого будет достаточно.

Однако в основном законе есть ст. 15, которая гласит, что если договор, заключенный с другим государством, говорит иное, чем конституционные нормы, то применяться должен как раз договор. Значит ли это, что Конституцию России нельзя рассматривать как высший закон нашей страны, что международные договора главнее?

Вопрос о сравнительной силе актов не так прост, как кажется на первый взгляд. Дело в том, что в теории права есть два подхода к этому вопросу:

  1. Монистический – он гласит, что нормы Конституции и договоров, подписанных и ратифицированных Россией составляют единую структуру. В рамках этого подхода действительно имеет смысл говорить о том, что выше по силе – договоры или Конституция.
  2. Дуалистический – исходя из него, Конституция и международные договоры относятся к двум самостоятельным правовым структурам, действующим на территории нашей страны параллельно.

Какой именно из подходов является правильным, остается спорным вопросом даже среди юристов-теоретиков. С точки зрения монистического подхода международный договор Конституцию РФ превосходит по силе – но лишь в тех случаях, когда внутреннее законодательство прямо

говорит об этом, а договор заключён надлежащим образом, ратифицирован и вступил в законную силу. Однако сторонники дуалистического подхода справедливо обращают внимание на то, что международные договоры прямого действия не имеют.

Для того, чтобы они действовали на территории России, необходимо, чтобы в соответствии с ними были приняты внутренние нормы нашего законодательства – и тем самым договоры имеют меньшую силу, чем Конституция.

Более того, Пленум Конституционного Суда РФ в 2003 году своим постановлением определил, что международные акты имеют высшую силу по отношению к законам – но лишь в том случае, когда согласие на применение договора было выражено в форме соответствующего федерального закона.

Заключение договора государствами

Относительно применения международных договоров, соглашений и других норм на территории нашей страны Конституция России говорит следующее: если нормы договора, подписанного нашей страной с каким-то из других государств, противоречат нормам российских законов, применяется именно договор, а сами договора должны рассматриваться как часть общей российской системы права.

Формально это должно считаться подтверждением монистического подхода – однако нужно помнить, что нигде не сказано, что договоры между государствами имеют большую силу, чем именно Конституция РФ, а не просто федеральные законы. Более того, законодательство прямо говорит: если Конституция и международные договоры противоречит друг другу, договор не может быть подписан и ратифицирован. Противоречие должен устанавливать специальный орган российской судебной власти – Конституционный Суд РФ.

Сколько идет международный банковский перевод

Что такое международный договор

IBAN — международный номер банковского счета

Международный день бухгалтерии (День бухгалтера)

О приоритете международного права над национальным

15 января 2020 года Владимир Путин в послании Президента Федеральному Собранию вынес на обсуждение ряд конституционных изменений. Первое среди них – изменение, гарантирующее приоритет Конституции над требованиями международных договоров и решениями международных органов.

Давайте разберемся с юридической стороной этого вопроса.

Что есть сейчас

В соответствии с частью 1 статьи 15 Конституции РФ

Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации.

То есть в Конституции установлено верховенство Основного закона над внутренним правом. Однако нас интересует выше ли Конституция международного права. Прямо на это Конституция ответа не дает.

В соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции РФ

Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

При внимательном прочтении этой нормы видно, что ей предусмотрен приоритет международных договоров над законами. Значит для ответа на вопрос о том, выше ли Конституция международного права, и в частности международных договоров, нужно понять является ли Конституция законом в смысле этой нормы, то есть сказано ли в части 4 статьи 15 о том, что международный договор выше Конституции. Для ответа на этот вопрос нужно узнать официальное толкование этой нормы.

В соответствии с пунктом 4 статьи 3 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 N 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд (КС) дает толкование Конституции. В соответствии со статьей 6 того же ФКЗ решения КС обязательны на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений.

Читать еще:  Опционный договор это

В силу полномочия КС на толкование Конституции и обязательности его решений правовые позиции этого специального суда составляют неотъемлемую часть самой Конституции и подлежат непосредственному применению как любой закон. Значит если КС сформулировал позицию по вопросу соотношения Конституции и международного права, то мы должны непосредственно применять эту позицию, и принимать изменения в Конституцию нет необходимости.

Так вот такая позиция была сформулирована в пункте 2.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 14.07.2015 N 21-П. Более того, она проходит красной нитью через все Постановление. КС пишет:

Вместе с тем, как следует из Конституции Российской Федерации, ее статей 4 (часть 1), 15 (часть 1) и 79, …, ни Конвенция о защите прав человека и основных свобод как международный договор Российской Федерации, ни основанные на ней правовые позиции Европейского Суда по правам человека, …, не отменяют для российской правовой системы приоритет Конституции Российской Федерации и потому подлежат реализации в рамках этой системы только при условии признания высшей юридической силы именно Конституции Российской Федерации.

Таким образом, КС однозначно решил вопрос о соотношении Конституции и международного права: Конституция имеет приоритет в силу суверенитета Российской Федерации, верховенства Конституции как основного закона и недопустимости имплементации в правовую систему государства международных договоров с нарушением конституционных предписаний.

Итак, мы выяснили каково существующее регулирование.

Президент Путин, внеся предложение, сказал следующее:

Необходимо внести изменения, которые гарантируют приоритет Конституции. Это означает буквально следующее: требования международных договоров и решения международных органов могут действовать только в той части, когда они не противоречат нашей Конституции.

То есть, фактически предложено закрепить в Конституции правовую позицию КС, которая итак имеет юридическую силу и непосредственное применение.

Не критикуя данное предложение по существу, скажу о трудностях реализации данного предложения. Дело в том, что статья 15 Конституции, которую мы рассматривали, относится к основам конституционного строя РФ (глава 1 Конституции) и в силу статьи 135 Конституции может быть пересмотрена только в особом порядке, также как и положения глав 2 и 9. Порядок этот следующий:

1. Положения глав 1, 2 и 9 Конституции Российской Федерации не могут быть пересмотрены Федеральным Собранием.

2. Если предложение о пересмотре положений глав 1, 2 и 9 Конституции Российской Федерации будет поддержано тремя пятыми голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, то в соответствии с федеральным конституционным законом созывается Конституционное Собрание.

3. Конституционное Собрание либо подтверждает неизменность Конституции Российской Федерации, либо разрабатывает проект новой Конституции Российской Федерации, который принимается Конституционным Собранием двумя третями голосов от общего числа его членов или выносится на всенародное голосование. При проведении всенародного голосования Конституция Российской Федерации считается принятой, если за нее проголосовало более половины избирателей, принявших участие в голосовании, при условии, что в нем приняло участие более половины избирателей.

Что написано в этой статье: для внесения изменений в статью 15 Конституции надо пройти голосование в Парламенте, а затем созвать Конституционное Собрание, которое должно либо принять новую Конституцию (либо вынести ее проект на референдум) либо разойтись. Проблема состоит в том, что федеральный конституционный закон, в соответствии с которым должно созываться и работать Конституционное Собрание, еще не принят, хотя проекты этого закона есть. Да-да, Конституция (и данная 135 статья) вступила в силу в 1993 году, и с тех пор до настоящего времени такой важнейший закон не был принят. Что же делать?

Вариант 1. Принять ФКЗ о Конституционном Собрании и уже в соответствии с ним принимать изменения в статью 15. Если этого не сделать, конституционный порядок внесения изменений в Конституцию будет не соблюден.

Вариант 2. Внести изменения не в статью 15, а в статью 79 (глава 3 Конституции)[1].

В соответствии со статьей 79 Конституции

Российская Федерация может участвовать в межгосударственных объединениях и передавать им часть своих полномочий в соответствии с международными договорами, если это не влечет ограничения прав и свобод человека и гражданина и не противоречит основам конституционного строя Российской Федерации.

Предложение дополнить данную статью обоснованно в части приоритета Конституции над решениями международных организаций, но в части приоритета Конституции над международными договорами такое дополнение представляется обходом закона, а именно статьи 135 Конституции.

Вариант 3. Внести изменения не в статью 15, а в статью 125 Конституции (часть 2), то есть дополнить полномочия Конституционного Суда[2].

Сейчас КС не может проверять на соответствие Конституции вступившие в силу международные договоры, а проверка решений международных организаций возможна только силу пункта 3.2 статьи 3 ФКЗ о Конституционном суде. Предлагается дополнить полномочия КС так, чтобы он мог признавать международные договоры и решения международных организаций неконституционными и следовательно не подлежащими применению.

Это предложение в части полномочия по проверке конституционности вступившего в силу международного договора противоречит правовой позиции Конституционного суда, выраженной в Определении от 2 июля 2013 года N 1055-О.

КС пишет об этой позиции:

…проверка конституционности федерального закона о ратификации международного договора, в том числе по порядку принятия, по общему правилу, может быть осуществлена лишь до момента вступления данного международного договора в силу (который обычно не совпадает с моментом завершения процесса принятия соответствующего федерального закона о ратификации международного договора); иное не только противоречило бы общепризнанному принципу международного права pacta sunt servanda и ставило бы под сомнение соблюдение Российской Федерацией добровольно принятых на себя международных обязательств…

Я поддерживаю первый вариант. А Вы что думаете?

Об «антироссийском» международном праве. Что говорит Конституция

В России есть основополагающий закон, главенствующий над всеми остальными правовыми актами в стране, и имя этому закону – Конституция. Ни один закон, принятый в России не может ей противоречить.

Но вот какие в последнее время можно услышать мнения от авторитетных российских политиков или граждан: а что если международные договоры (как имеющие высшую юридическую силу) нарушают интересы России? Таким образом, ущемляется суверенитет России, рассуждают они. Иностранные государства могут заключить договор, а наше государство, присоединившись к такому договору, обязано соблюдать его, даже если он противоречит государственным интересам.

Отсюда они делают вывод о необходимости внесения поправок в статьи Конституции Российской Федерации об исключении статей о приоритетности общепризнанных принципов и норм и международного права, как вступающих в противоречие со статьями о государственном суверенитете России. Заходит речь и о выходе из-под юрисдикции ЕСПЧ.

Все эти мнения основываются на 15 статье Конституции. Часть 4 этой статьи устанавливает следующее: «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

И тут возникает вопрос, где в этой статье утверждается, что Россия обязана соблюдать все международные договоры, соглашения, которые противоречат интересам России? Смоделируем фантастическую ситуацию: международное сообщество внезапно примет по-настоящему антироссийское и спорное решение, например, договор об уничтожении всего ядерного оружия в мире, за исключением американского. Только США будет владеть ядерным оружием и будет гарантом безопасности в мире.

Спрашивается, кто заставит Россию соблюдать этот договор? Прежде чем международный договор станет составной частью российской правовой системы, Российская Федерация должна подписать и ратифицировать его (ратификация подразумевает под собой процедуру одобрения государственными органами РФ соответствующего международного договора). До этих пор Россия имеет полное право не соблюдать положения такого договора, который ущемляет интересы РФ. Подписывать такой договор Россию никто не может заставить.

Что же касается общепризнанных принципов международного права, тот под ними следует понимать основополагающие, императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств, отклонение от которых недопустимо.

К ним, в частности, относятся принцип всеобщего уважения прав человека и принцип добросовестного выполнения международных обязательств.

Под общепризнанной нормой международного права следует также понимать правила поведения, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом в качестве юридически обязательного. Например: нормы, устанавливающие недопущение развязывание войны, совершения актов геноцида.

Все общепризнанные международные нормы и принципы права дополнительно закрепляются в межгосударственных договорах и соглашениях. Например – Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН от 21 декабря 1965 г. N 2131 (XX) закрепляет недопущение нарушения государственного суверенитета и вмешательства во внутренние дела одного государства другими государствами.

Дополнительно в Конституции РФ закреплена гарантия суверенитета российского права и российских законов: «не соответствующие Конституции Российской Федерации международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению» (пункт 6 статьи 125 Конституции).

Вывод напрашивается следующий – Россия в настоящее время полностью защищена с правовой точки зрения от международных соглашений, которые противоречат ее интересам. Действует очень простое правило – международный договор распространяет свою юридическую силу на территорию РФ только в том случае, если он подписан Российской Федерацией и ратифицирован.

Все спекуляции на тему, что в России имеет место верховенство антироссийских международных договоров, не имеют под собой правового основания. Поскольку Российская Федерация может не подписывать такой договор.

Исключение из Конституции статей о соблюдении Россией международных норм, принципов и договоров, означает исключение России из международных организаций, а граждане России лишатся некоторых средств международной защиты своих прав. Например, если государство не признает юрисдикцию Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), какой смысл гражданам в него обращаться? Ведь государство не будет исполнять решения этого суда.

Более того, государственные органы сами принимают непосредственное участие в одобрении (ратификации) международного договора. Вместе с тем существуют процедуры, которыми может воспользоваться Россия в целях защиты своих прав, а именно: процедура расторжения (денонсации) международных договоров, нарушающих интересы РФ, а также расторжения (аннулирования) международных договоров в одностороннем порядке.

Что касается несправедливых решений ЕСПЧ, то их можно обжаловать или предложить странам-партнерам по Совету Европы изменить регламент ЕСПЧ таким образом, чтобы исключить принятие политически мотивированных решений.

Читать еще:  Как расторгнуть договор дарения дома

В любом случае с точки зрения интересов граждан кажется разумным искать диалог, предлагать варианты решений и пытаться найти компромиссный вариант решения проблемы прежде, чем выходить из-под юрисдикции ЕСПЧ и из состава Совета Европы.

Эксперты оценили предложение президента зафиксировать в Конституции приоритет российского права над международным

В послании Федеральному собранию президент России Владимир Путин подчеркнул, что «суверенитет нашего народа должен быть безусловным», и предложил внести в Конституцию норму, окончательно закрепляющую верховенство российского законодательства над международным. Процесс принятия этой нормы сопряжен с серьезными трудностями. Опрошенные “Ъ” эксперты разошлись как в оценках самой инициативы, так и в необходимости ее принятия.

Послание Владимира Путина Федеральному собранию—2020. Главное

Идеи отменить примат международного права по отношению к национальному звучали начиная с 1990-х годов, но тогда казались маргинальными. По пути к признанию верховенства российского законодательства над международным страна пошла несколько лет назад. Так, в середине июля 2015 года Конституционный суд (КС) РФ постановил, что решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) могут исполняться на территории РФ лишь в случае, если они не противоречат Основному закону страны. Тогда также говорилось о защите интересов страны и «размывании границ государственного суверенитета РФ, основанного на верховенстве Конституции», как выразились депутаты Госдумы, разрабатывая законопроект на основе постановления КС. Проект был принят в кратчайшие сроки: уже в конце 2015 года Владимир Путин подписал закон, который наделил Конституционный суд правом признавать неисполнимыми решения международных судов, включая ЕСПЧ, если эти решения противоречат законам страны.

Как правили Конституцию России

Высшую юридическую силу Конституции РФ на территории страны закрепляет часть 1 статьи 15 Основного закона. При этом часть 4 статьи 15 Конституции РФ устанавливает приоритет «общепризнанных норм международного права» и международных договоров над законами страны. В целом же нормы международного права становятся составной частью российской правовой системы на основании федеральных законов о ратификации тех или иных международных договоров. Теперь же, по словам Владимира Путина, Основной закон РФ должен прямо гарантировать приоритет Конституции в российском «правовом пространстве».

« Россия вернулась на международную арену как страна, с мнением которой нельзя не считаться»,— сказал глава государства в обращении к Федеральному собранию, пояснив, что речь идет о «защите национальной экономики от внешнего давления» и «резервах для защиты социальных прав граждан».

Президент объяснил, что «требования международного законодательства и договоров, а также решения международных органов могут действовать на территории России только в той части, в которой они не влекут за собой ограничения прав и свобод человека и гражданина, не противоречат нашей Конституции».

Процесс пересмотра первой главы Конституции, в которой содержится статья 15, достаточно длительный и сложный. Первая, вторая и девятая главы Основного закона не могут быть пересмотрены Федеральным собранием. Статья 135 Конституции говорит, что, если предложение о пересмотре этих глав будет поддержано тремя пятыми голосов от общего числа членов обеих палат парламента, должно быть созвано Конституционное собрание. Оно должно либо подтвердить неизменность Конституции, либо разработать проект новой. Этот проект может быть либо принят собранием двумя третями голосов, либо вынесен на референдум. В референдуме должны участвовать больше половины избирателей, а решение о новой Конституции должно быть принято более чем 50% голосов.

Закон о Конституционном собрании до сих пор не принят, хотя вносился в нижнюю палату шесть раз. Последняя попытка в 2017 году принадлежала коммунисту Владимиру Бортко — его инициатива практически полностью дублировала законопроект 2000 года, в соавторах которого значились нынешний спикер Госдумы Вячеслав Володин и сенатор Елена Мизулина. Проект господина Бортко был возвращен с формулировкой «Необходимости в принятии такого закона нет».

Разработчики Конституции 1993 года — о предложениях Владимира Путина

Председатель комитета Совета федерации по конституционному законодательству Андрей Клишас подтвердил, что предложенная президентом поправка закрепляет «ранее сформированный подход в части соотношения национального и международного права, а также национальных и международных институтов». Инициатива, по его мнению, позволит достичь «всей полноты государственного суверенитета», который в конечном счете должен обеспечить «реализацию публичной политики в максимальном соответствии с интересами населения».

Зампред Конституционного суда в отставке Тамара Морщакова (эксперт Конституционной комиссии в начале 1990-х) не видит необходимости во внесении каких-либо поправок в Конституцию для достижения поставленных президентом целей. По ее словам, статья 79 Конституции и так предусматривает участие России в международных договорах, соглашениях и даже организациях только при условии, что они не ограничивают права и свободы граждан, предусмотренные Конституцией, и не представляют собой угрозу основам конституционного строя.

Помощник первого президента России Бориса Ельцина по правовым вопросам Михаил Краснов считает, что поправка о примате Конституции была выдвинута в основном в связи с нежеланием России исполнять решения ЕСПЧ.

« Было уже несколько решений КС на эту тему и поправки в закон о самом Конституционном суде. Возможность не исполнять какие-то решения ЕСПЧ у нас уже есть,— напоминает Михаил Краснов.— Видимо, чтобы не было недомолвок, решили ввести в Конституцию прямую норму. Но это первая глава, основы Конституционного строя. И для таких изменений надо созывать Конституционное собрание».

Старший юрист фонда «Русь сидящая», эксперт по конституционному праву Ольга Подоплелова согласна с господином Красновым. Она считает, что речь идет о том, чтобы до конца формализовать механизм неисполнения международных обязательств, причем не только в сфере прав человека, но сделать это без правки первой главы Конституции нельзя.

Советник президента Ельцина Михаил Краснов — о грядущей конституционной реформе

Руководитель общественного проекта по защите прав адвокатов «Роскомзащита» адвокат Александр Пиховкин считает, что с утратой принципа верховенства международного права Россия делает шаг назад в развитии своего законодательства, поскольку избавляется от необходимости гармонизировать свое законодательство с международным. А это открывает широкую дорогу для национальных норм и законов, тем или иным образом вступающих в противоречие с общепризнанными нормами международного права, в первую очередь регулирующих защиту прав человека и основных свобод: «Это не полная консервация, но определенно еще один оборот закаточной машинки. В целом для адвокатов по уголовным делам и их доверителей это не радостная новость. По очевидным причинам мы давно уже вынуждены воспринимать Европейский суд по правам человека едва ли не как единственный судебный орган, способный оценивать доводы, а не целесообразность».

Кира Дюрягина, Александр Черных

Слева направо: руководитель администрации президента РФ Антон Вайно, председатель Совета федерации Валентина Матвиенко, премьер-министр Дмитрий Медведев, председатель Госдумы Вячеслав Володин и патриарх Московский и всея Руси Кирилл перед оглашением послания

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Руководитель Федеральной налоговой службы Михаил Мишустин (в центре)

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Руководитель администрации президента РФ Антон Вайно (справа) перед началом выступления Владимира Путина

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Уполномоченный при президенте РФ по защите прав предпринимателей Борис Титов (в центре)

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Слева направо: зампред Госдумы Ирина Яровая, лидер ЛДПР Владимир Жириновский и лидер КПРФ Геннадий Зюганов

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Председатель Совета федерации Валентина Матвиенко (в центре) и председатель Центрального духовного управления мусульман России Талгат Таджуддин (справа)

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Губернатор Санкт-Петербурга Александр Беглов (в центре)

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Слева направо: председатель Центробанка Эльвира Набиуллина и министр здравоохранения Вероника Скворцова

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Гендиректор Большого театра Владимир Урин (в центре) во время оглашения Послания

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Генпрокурор Юрий Чайка (слева) и первый замглавы администрации президента Сергей Кириенко

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Председатель Союза кинематографистов России Никита Михалков (слева) и президент киноакадемии «Ника», режиссер Андрей Кончаловский

Губернатор Московской области Андрей Воробьев (справа)

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Слева направо: генпрокурор Юрий Чайка, полпред президента России в Западном федеральном округе Александр Гуцан (на заднем плане), председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев и председатель Конституционного суда Валерий Зорькин

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Министр юстиции России Александр Коновалов перед началом выступления Владимира Путина

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Член Совета федерации Сулейман Керимов (слева)

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Слева направо: лидер КПРФ Геннадий Зюганов, председатель Счетной палаты Алексей Кудрин, руководитель «Справедливой России» Сергей Миронов, первый вице-премьер и глава Минфина Антон Силуанов, вице-премьер и глава аппарата правительства Константин Чуйченко

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Секретарь генсовета «Единой России», зампред Совета федерации Андрей Турчак (слева) и министр транспорта Евгений Дитрих

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Патриарх Московский и Всея Руси Кирилл (в центре)

Помощник президента России Игорь Левитин (справа) и председатель Счетной палаты России Алексей Кудрин (второй справа)

Коммерсантъ / Дмитрий Азаров

Член Совета федерации Елена Мизулина и председатель совета директоров АФК «Система» Владимир Евтушенков

V Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум – 2013

КОНСТИТУЦИЯ И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ПРАВОВЫЕ АКТЫ: ПРОБЛЕМЫ УСТАНОВЛЕНИЯ ИЕРАРХИИ.

Валерий Дмитриевич Зорькин, председатель Конституционного Суда Российской Федерации определяет Конституцию как «прочный и одновременно гибкий каркас всей правовой системы, призванный обеспечить как устойчивость, так и динамизм политического, социального, экономического развития страны»[1].

В официальном Комментарии к Конституции Российской Федерации говорится, что “отличительной особенностью новой российской Конституции является то, что в отличие от прежних Основных законов СССР и РСФСР она решает вопрос о соотношении норм международного и внутригосударственного права”[2]. Важная роль международного права отныне зафиксирована в тексте Конституции. В соответствии с Федеральным законом «О международных договорах Российской Федерации» Российская Федерация, выступая за соблюдение договорных и обычных норм, подтверждает свою приверженность основополагающему принципу международного права – принципу добросовестного выполнения международных обязательств[3]. То есть, Россией признается значимость международных нормативно-правовых актов, а так же принимает на себя обязательства по их соблюдению.

В правовую систему России уже прочно вошли нормы международного права, однако об их положении в ней не все еще решено однозначно. Речь идет именно об их положении относительно Конституции.

Данный спор имеет место быть между исследователями международного права (ставят во главу пирамиды международные договоры и соглашения) и конституционного (наделяют высшей юридической силой Конституцию).

Читать еще:  Договор купли продажи доли земельного участка

По мнению первой группы исследователей, в наш век глобализации разумнее отдать приоритет нормам международного права. При этом саму глобализацию они предлагают расценивать не как угрозу государственному суверенитету. Предполагается, что грамотно проведенная политика постепенного превращения мира в единое целое повлечет совершенно иные, положительные результаты[4].

Установление приоритета норм международного права повысит авторитет страны, позволит интегрироваться в европейскую и международную правовую систему. Руководствуясь единым правовым стандартом, странам проще наладить эффективное сотрудничество. Граждане так же чувствуют себя более защищенными, находясь под защитой не только национального, но и международного права. Необходимость поддерживать гарантии прав и свобод человека и гражданина, их уровень и должный объем в соответствии с международным законодательством, стимулирует отечественного законодателя вовремя вносить изменения в законодательство локальное, отечественное. Так же у людей появляется возможность обращаться за защитой своих прав не только в суды своего государства, но и в органы международной судебной системы, такие, как Европейский суд по правам человека. То, какое количество граждан обращается в подобные суды, а так же то, по каким вопросам, позволяет выявить недостатки внутригосударственной судебной системы [5]. Степень востребованности норм международного права, их место в правовой системе отдельной страны, так же можно расценивать как показатель уровня вовлеченности государства в международные отношения.

Согласно другой точке зрения, Конституция должна занимать высшее положение в иерархии нормативно-правовых актов. Далее мы будем придерживаться данной точки зрения.

Прежде всего, следует отметить, что Конституция достаточно современна, серьезных проблем с несоответствием международным правовым актам нет. В случае обнаружения коллизии устранить её наиболее простым и очевидным способом, то есть путем внесения поправок, практически невозможно. Процедура внесения поправок или, тем более, полного пересмотра целых глав Конституции весьма сложна. В некоторых случаях она и вовсе может закончиться принятием новой Конституции.

Г. В. Игнатенко предлагает более разумный способ – взаимоприемлемое толкование существующего текста Конституции. Он допускает как доктринальное, так и официальное толкование, в том числе в виде правовых позиций Конституционного Суда РФ[6].

Не все исследователи признают необходимость повсеместного внедрения международного права. П. Тибо указывает, что безусловная необходимость уважения народов и построенных ими правовых институтов практически исключат возможность повсеместного применения международного права как верховенствующего над локальными конституциями. Более того, благодаря тому, что большинство современных государств являются демократическими, их конституционные суды вправе самостоятельно определить то, насколько соответствуют общепризнанные правовые нормы нормам национального права, а так же разрешить возможные конфликты[7]. Авакьян, пункт 4 стать 15 Конституции, указал, что принятие алгоритма «международные нормы как часть национальной правовой системы, имеющая приоритет над внутренними нормами» безо всяких дополнительных условий невозможно. Он обосновывает это тем, что в случае, если иными государствами-членами мирового сообщества будет предпринята попытка давления на отдельную страну в целях навязывания норм международного права, признанных сообществом, но не данной страной, возникнут не только спорные ситуации в правоприменении, но и угроза утраты государственного суверенитета[8].

Итак, разберемся, как предлагает решать проблему с построением пирамиды нормативно-правовых актов сама Конституция. В соответствии с положением конституции – п. 4 ст. 15 «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью ее системы. Если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то принимаются правила международного договора». Толкуя данную статью, специалисты в области международного права утверждают, что, таким образом, международные правовые акты представляют собой надстройку над всем законодательством страны. Однако необходимо учесть, что в той же статье указано, что «Конституция РФ имеет высшую юридическую силу», а законы не должны противоречить Конституции. Мы придерживаемся мнения, что причиной появления данной идеи могло явиться то, что ранее действовавшие конституции назывались Основным законом страны. Мы это увидим, если обратимся к переходным положениям. Однако действующая ныне Конституция нигде Основным законом не называется, из чего можно сделать вывод о том, что она находится над всеми законами страны, но не является одним из них. Таким образом, составляя текст Конституции 1993 года, законодатель нигде не называет ее непосредственно «основным законом», не подразумевает этого. Тем не менее, ряд ученых, например, известный российский ученый С. А. Авакьян продолжает в своих работах использовать понятия «конституция» и «основной закон» как тождественные. На наш взгляд, необходимо данные понятия четко разграничить, их использование в качестве синонимичных недопустимо.

Практика Конституционного Суда РФ свидетельствует о том, что при решении вопроса о соответствии Конституции РФ иных правовых актов, Суд активно ссылается на общепризнанные принципы и нормы международного права. При этом он преследует несколько целей цели: показывает, что конституционные положения полностью соответствуют международно-правовым нормам, ставшим обязательными для Российской Федерации, а так же помощью норм международного права Конституционный Суд РФ устанавливает нормативное содержание положений, содержащихся в Конституции России, иных нормативных актах. В данном случае общепризнанные принципы и нормы международного права выступают в качестве некого эталона, согласуясь с которыми, отечественные законодатели и правоприменители поддерживают в государстве определенный уровень прав и свобод человека и гражданина.

Очень важно решить, говоря о соотношении норм Конституции и норм международного права, что для нас на первом месте – государственный суверенитет или же обещанная общеизвестным международным актом – Уставом ООН – «глобальная безопасность». И возможно ли подменить суверенитет страны чем-то абстрактным, декларативным, подменить реальную безопасность лишь обещанием таковой? На мой взгляд, это недопустимо, а потому, следует строго ограничивать вмешательство международного права в правовую систему отдельного государства. То есть, страны, признающие международный договор, являются суверенными, однако объединившими свои усилия для достижения определенной цели, в нашем случае – установления и поддержания «глобальной безопасности»[9].

Весьма интересен и своеобразен на этом фоне опыт Японии, которая подразделила международные соглашения на две группы – одни подчинены Конституции, а другие стоят выше нее. Ко второй группе относятся договоры, касающиеся жизненно важных вопросов для судьбы государства, такие как акт о капитуляции или мирный договор. На наш взгляд, в том случае, если в российское законодательство будут вноситься коррективы, нельзя пренебречь данным опытом. Так, на наш взгляд, все признанные Российской Федерацией нормативно-правовые акты международного характера следует разделить на две группы – по степени их значимости. То есть, к первой группе, которая будет находиться в иерархии выше, к ним, например, будут отнесены те же положения о мирном договоре, а так же и о стандартах в области прав и свобод человека и гражданина. Идея об особом выделении и закреплении прав человека неслучайна – именно они представляют неоспоримую ценность. Не обеспечив достаточно высокую степень защищенности прав и интересов граждан, нельзя вести речь о какой-либо иной политике. Вопросы войны и мира так же являются наиболее важной частью международного сотрудничества.

Говоря об опыте иных стран, следует отметить, что в США на первом месте стоит конституция, международным актам же остается ей подчиняться, во Франции роль международного права выше, хотя в конституции это и не прописано прямо. Конституции некоторых государств Африки предпочитают ссылаться не на международное право в целом, а на Устав ООН[10].

Перечень международных правовых актов, имеющих влияние на территории России, не является закрытым и продолжает расширяться. Внешняя политика государства вынуждает законодателя вносить ряд изменений в принятые ранее нормативно-правовые акты. Так, в связи с идеей вступления во Всемирную торговую организацию возникла необходимость внесения ряда изменений в российское законодательство, дабы соответствовать выдвинутым для вступления требованиям. Так, изменениям подверглись Таможенный кодекс, постановления правительства к нему, федеральные законы «О валютном регулировании и валютном контроле», «О техническом регулировании» и ряд других[11].

Таким образом, проанализировав текст Конституции, а так же позицию Конституционного суда, мы пришли к выводу о том, что среди нормативно-правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, именно Конституции отводится высшая роль. Это позволяет поддерживать суверенитет государства и верховенство во внутренних делах, в то же время, никак не умаляя права граждан. Однако вовсе роль общепризнанных принципов и норм международного права не сводится на нет – они занимают вторую ступень в иерархии, то есть следуют сразу за Конституцией. Благодаря этому законодатель своевременно вносит корректировки в локальное законодательство, не позволяя появляться грубым противоречиям с актами международного права и поддерживая тем самым отечественное законодательство на высоком уровне.

[1] Зорькин В. Д. Россия и Конституция в XXI веке– 2-е изд., доп. – М. : Норма, – 2008. – 592 с.

[2] Комментарий к Конституции Российской Федерации. М., 1996. С. 78

[3] Федеральный закон от 15.07.1995 N 101-ФЗ (ред. от 25.12.2012) “О международных договорах Российской Федерации” “Собрание законодательства РФ”, 17.07.1995, N 29, ст. 2757

[4] Абдрафиков Р.А. Экономико-правовые основания глобализации и современная государственность: вопросы теории и практики: Автореф. дис… канд. юрид. наук. –ГОУВПО “Уфимский юридический институт МВД России”. – [Уфа], 2007. – 194 с.

[5] Зорькин В. Судебная защита между глобализацией и суверенитетом // Российская газета. – 2007. – 18 июля

[6] Игнатенко, Г. В. «Как упорядочить неадекватные нормы» // Чиновник. – 2003. – № 6 (28). – C. 21-27

[7] Тибо. П. Безвольный прагматизм. Какой курс нужен Европе? // Новая газета. 2007. 25-28 января

[8] Авакьян С. А. Конституционное право России: учебный курс: в 2 т. – 3-е изд., стереотипное. – М.: Юристъ, 2010. – Т.1 : 719 с.

[9] Зорькин В. Д. Суверенное государство в условиях глобализации // «Российская газета». 2006. Федеральный выпуск №4163

[10] Лукашук И.И. Международное право. Общая часть: учебник для студентов юридических факультетов и вузов. – Изд. 3-е, перераб. и доп. – М.: Волтерс Клувер, 2008. – 432 с.

[11] Бессонова А. А. Требования ВТО и российское законодательство / Моск. Центр Каренги, 2005. №6. – 27 с.

Ссылка на основную публикацию
×
×
Adblock
detector